---

Политики добиваются бессмертия по-разному. Одни строят себе золотые памятники. Другие переименовывают площади, проспекты и даже города. Третьи пишут мемуары томов в пять-шесть, рассчитывая, что потомки оценят. Но история, как известно, дама с причудами и собственным чувством юмора. Она нередко запоминает человека совсем не за то, за что он хотел быть запомненным.

Леонид Макарович Кравчук — первый президент независимой Украины, участник Беловежских соглашений, подписавший де-факто смертный приговор СССР. Человек, при котором страна с населением в 52 миллиона человек тихо вышла из одного государства и начала строить другое. Казалось бы, в историю он вписан навсегда — и с каким эпохальным деянием!

Но в народной памяти его имя связано со складной тележкой на двух колёсах. И, похоже, что навсегда. Такой славе не очень-то и позавидуешь.

Профессор с больным позвоночником

Как это часто случается эпоним «кравчучка» не связан с именем изобретателя этой славной тележки. Вроде того, что блюдо «беф строганов» придумал и сварганил, конечно, не граф Александр Григорьевич Строганов, а его повар. Так и кравчучку придумал вовсе не первый президент Украины, а инженер-конструктор Киевского авиационного завода Алексей Алексеевич Сергеев.

Алексей Сергеев родился в 1933 году в посёлке Зерновой Ростовской области. Закончив школу с отличием, он закончил лётное училище в Ростове, после чего служил в городе Стрый Львовской области. По состоянию здоровья его уволили из армии. Вместе с ‎‎женой он переехал в Киев и начал работать на авиазаводе. Том, который выпускал знаменитые самолёты «Ан». На заводе Алексей Алексеевич прошёл путь от простого клепальщика до инженера-конструктора. Участвовал в создании самолётов марки «Ан». Даже получил прозвище «профессор». Знакомые звали его так за методичность, основательность и привычку делать всё своими руками.

Советский человек жил в условиях перманентного дефицита. Боролись с этим дефицитом, как положено было в советской стране организационными методами. На предприятиях военно-промышленного комплекса организовывали производство товаров массового потребления. Идея не новая. В конце 1940-х годов на Ленинградском судостроительном заводе имени А. А. Жданова организовали производство шкафов, которые получили название «ждановских». Кое-кто называет их так до сих пор: старый, но живучий бренд. Со ждановскими шкафами та же история, что с кравчучкой. Шкафы называют ждановскими, хотя Андрей Александрович их не проектировал, не собирал и даже не торговал ими.

В конце 1980-х годов Алексей Сергеев возглавил отдел товаров народного потребления Киевского авиазавода. Под его руководством появилось много полезных изделий: мини-стиральная машина «Лыбедь», детская коляска «Мальвина», качели «Тик-так», автоприцеп «Дача».

Но у «кравчучки» особая история.

В 1983 году у Сергеева начались проблемы с позвоночником: поднимать тяжести ему категорически запретили. Как всегда, болезнь пришла не вовремя. А когда она приходит вовремя? Нужно было достраивать дом, а для этого — перетаскивать тонны материалов. Сергеев, вооружившись бумагой, карандашом и линейкой, за день спроектировал складную тележку на двух крепких колёсах. Ещё один день он потратил на сборку этой малышки. Малышка оказалась сильной, она могла перевозить до ста килограммов груза.

Но руководители завода отмахнулись от инициативного Сергеева. Сергеев хочет поделиться радостью с согражданами.

Никакого патента на тележку не оформляли: мелочь нелетающая. Никакого серийного производства: да кому ж это надо. Тележка остаётся на кухне у изобретателя — буквально, он её смастерил прямо там — и ждёт своего часа ещё восемь лет.

Что случилось в 1991 году

А что случилось в 1991-й году? Советский Союз распался. Появившиеся постсоветские государства решили жить самостоятельно. Характерно, что власть советов, в верности которой клялись более семидесяти лет, никто спасать не стал.

Акт о провозглашении независимости Украины Верховная рада приняла в августе, буквально сразу после провала августовского путча в Москве. А в декабре произошло то, что некоторые до сих пор считают гигантской катастрофой. В Беловежской пуще собрались лидеры трёх республик союз которых был базисом всего Советского Союза, и провозгласили, что Советского Союза больше нет. Одним из них был Леонид Кравчук.

Советский Союз был не только политическим союзом, но главное - грандиозным хозяйственным механизмом. И ослабление политических скреп привело к распаду хозяйственному. Для Киевского авиационного завода это означало смерть. Предприятие было слишком крупным, чтобы выжить при распаде советской экономики. Самолёты в таком количестве, которое бы делало существование авиазавода в Киеве экономически выгодным, оказались никому не нужны. Инженеры начали лихорадочный поиск товара, который можно было бы производить из авиационного алюминия на роботизированных линиях и который бы пользовался широким спросом.

Тут кто-то вспоминает про тележку Сергеева. Проект реанимируют, модернизируют, запускают в серию. Изделие получает официальное название «Шмель». Почему «Шмель»? Потому что тележка получалась лёгкой, юркой и даже жужжащей колёсиками на ходу. Колёса, кстати, были крупные, с хорошей резиной, крутились легко. Тележка, в самом деле, едва ли не летала. Алюминиевые трубки были высочайшего качества. И это чудо легко складывалось чуть ли не до размера портфеля, и так же легко раскладывалось. Конструкторы предусмотрели ещё некоторые нелишние удобства: выдвижные «крылья» для фиксации габаритного груза, резиновый крепёж, и даже возможность превращения тележки в креслице. Устал – отдохни! Инженерная мысль авиаинженеров воплотилась в виде изящного и полезного устройства.

По стоимости тележка, конечно, не могла сравниться с самолётом. Но по количеству... Завод выпускал в месяц более 90 тысяч тележек, а спрос на них не закрывался. Народ голосовал собственными деньгами.

Как её назвали?

Народ же придумал и название для нужной и полезной вещи. Факт известный: имя даёт улица, а не производитель.

Хорошее, казалось бы, слово «Шмель» — и к тому же крылатое – улица проигнорировала. А вот название «кравчучка» прижилось. Тут было не столько уважение к лидеру, сколько чисто украинское нежелание слишком ломать шапку перед любым начальником, будь он хоть сто раз гетман. А ты-то, Леонид Макарович, не гетман, а всего-навсего Кравчук! Так что логика в появлении такого названия была если не железная, то уж точно алюминиевая. Ну, и чисто украинский уменьшительно-ласкательный суффикс. Любят в Украине такие добродушные, домашние словечки. Чудово! Гарнесенько!

Верховная рада название для тележки, естественно, не утверждала. Но народная этимология сработала анонимно, стремительно и необратимо.

Леонид Макарович никак не был причастен к изобретению этой тележки. Он её не заказывал, не патентовал, не рекламировал и, судя по всему, был не очень рад такой чести. Но тут уж ничего не поделаешь: эпоним — не награда, которую вручают на торжественной церемонии. Это во многом стихийное явление. Как дождь или снег, к примеру. Не отменишь, терпи.

Кравчучка как портрет эпохи

Чтобы понять, почему тележка стала символом целого десятилетия, нужно вспомнить, что происходило вокруг.

Начало 1990-х на постсоветском пространстве — это не просто экономический кризис. Это экономическая катастрофа. Деньги со сберкнижек испаряются. Заводы стоят. Зарплаты не платят месяцами. Интеллигенция несёт на блошиные рынки фарфор и книги. Крестьяне везут в город всё, что выросло на огороде. Студенты подвозят к офисам тележки с пирожками — потому что пирожки продавать выгоднее, чем учиться. Рабочие увозят с заводов всё, что можно отвинтить. Челноки мотаются между Киевом и Москвой, между Москвой и Варшавой, между Варшавой и Стамбулом — с баулами, мешками, коробками.

И все они были с кравчучкой. Кое-кто даже искренне благодарил Кравчука за то, что он придумал такую хорошую вещь. А то как же без неё!

Армия клонов и тачки-буржуйки

Успех порождает подражателей — это закон природы, действующий задолго до патентного права.

Когда Сергеев выгуливал гружёную тележку по киевским улицам, прохожие останавливали его и просили набросать чертёж. Просто так, на клочке бумаги. Мастера-самоучки клепали тележки из велосипедных деталей и санок — с фонарями, радиоприёмниками, двойным дном, несколькими корзинами. Известны образцы с моторчиком. Народный гений не знает границ.

Заводские подражатели тоже не дремали. Другие предприятия бывшего СССР освоили производство аналогов — попроще, потяжелее, без выдвижных «крыльев» и резиновых крепежей. Затем подтянулась Польша. Потом, разумеется, Китай.

Импортные версии были громоздкие, из дешёвого чёрного металла, с пластиковыми колёсами вместо резиновых. Народ прозвал их «тачками-буржуйками» — за заграничное происхождение и неблагородный характер. Оригинальная кравчучка выигрывала по всем параметрам: сверхлёгкий авиационный алюминий, качественная резина, инженерная элегантность. На авиазаводе делали, как-никак.

Политическая жизнь тележки

Эпоним — штука живая. Он реагирует на политическую конъюнктуру.

В 1994 году на президентских выборах Кравчука сменил Леонид Кучма. Народ немедленно отреагировал: тележку переименовали в «кучмовоз». Логика та же, что и с кравчучкой, — новый президент, новое имя.

Только вот «кучмовоз» не прижился. Почему? Загадка народной лингвистики. Может, слово хуже звучит. Может, момент был упущен: кравчучка уже вошла в язык, укоренилась, стала нарицательной. Переименовать её было всё равно что переименовать бутерброд.

Кравчук с непрошенной славой смирился не сразу. В 2006 году в одном из интервью он решительно заявил: «Я про "кравчучку" говорить не буду». Что само по себе, конечно, прекрасно — потому что он только что про неё сказал.

Ющенко, третий президент, обошёлся с темой изящнее. «Люди, жившие в 1990-х годах, пусть они даже забыли Леонида Макаровича, но что такое "кравчучка", ни за что не забудут». Жёстко, но честно.

Изобретатель, которого забыли

Алексей Алексеевич Сергеев вышел на пенсию в начале 1990-х. Богатым человеком он не стал — ни патента, ни роялти, ни даже официального признания. Наблюдал с улыбкой, как страну заполоняет его детище.

Сам он, кстати, в 1990-х годах тоже ездил в Польшу — возил инструменты и металлические изделия, которые у нас стоили дешевле. Помогала ему при этом, разумеется, кравчучка. Его собственная.

Он пытался пробить в производство другое своё детище — конструктор «Гулливер», из которого дети могли собрать не игрушки, а реальные крупные вещи: велосипед, самокат, качели, санки, а потом разобрать и собрать что-то другое. Мечтал вывезти конструктор на европейские выставки, найти инвестора. Не сложилось.

Сергеев умер в 2011 году. Оставил после себя троих детей, троих внуков. А ещё - миллионы кравчучек, на которых никогда не напишут его имени.

 

Монумент у Русановского парка

В августе 2013 года в Русановском парке Киева, напротив дома номер шесть, появилась скульптура «Бабка с кравчучкой». Пожилая женщина в яркой одежде, модных очках и шапке, похожей на будённовку. Правая рука упёрта в бок — вызывающе, с достоинством. Левой она держит тележку. За спиной угадываются холмы правобережья и колокольня Киево-Печерской лавры.

Авторы скульптуры, установленной в рамках проекта Kyiv Fashion Park, запечатлели архетип. Не конкретную бабушку, не конкретного президента, не конкретного инженера — а целое поколение людей, которые выжили с этой тележкой в руках.

Памятник кравчучке. Не Кравчуку.

Ирония в том, что именно так работает история с эпонимами: имя человека отрывается от него самого и приклеивается к предмету, явлению, методу. Дальше оно живёт самостоятельно. Граф Кардиган умер в 1868-м, но кардиган носят до сих пор. Якуцци — итальянская семья иммигрантов, придумавшая гидромассажную ванну джакузи в 1968 году, но бренд давно превратился в нарицательное слово. Леонид Кравчук жил и умер как политик — но в языке остался как тележка.

 

Почему именно кравчучка?

Среди всех постсоветских эпонимов кравчучка занимает особое место. Она точная, как диагноз.

Во-первых, она конкретна. Не абстракция, не метафора, а вполне осязаемый предмет с колёсами и ручкой. Во-вторых, она универсальна: с ней ходили и пенсионеры, и студенты, и предприниматели, и дачники, и интеллигенция с фарфором, и рабочие с украденными деталями. В-третьих, она честна: это не героический символ, не памятник победе — это символ выживания. Смешной и горький одновременно.

Такие эпонимы не придумывают. Они вырастают сами из языка, который пытается осмыслить то, что происходит вокруг.

Слово поймало суть явления лучше любого официального термина. Кравчучка поймала суть 1990-х — всю их нищету, изворотливость, человеческое достоинство на грани выживания и странную жизнеспособность народа, который не сломался, а придумал тележку и покатил дальше.

Эпилог: завод не забыл

Киевский авиационный завод «Авиант» выставил «Шмель» в своём музее. И — на всякий случай — сохранил готовность возобновить производство. Говорят, есть уже новый проект: складная тележка-ридикюль с раскрывающимися колёсами-шасси.

Интересно, чьим именем её назовут?

Это, конечно, риторический вопрос. Имя даст не завод, не дизайнер, не президент. Имя даст улица. Она всегда права и никогда не опаздывает.

А Алексей Сергеев, по прозвищу «профессор» с больным позвоночником, всё-таки получил свою долю бессмертия — просто не то, на которое рассчитывал. Его конструктор «Гулливер» так и не пошёл в серию. Зато его тележка стала символом целой эпохи, украсила музейный стенд и заняла почётное место в народном языке — пусть и под чужим именем.

Так случается.