Незабвенные образы
Среди советских художников была одна группа, которая жила явно лучше других. Это были те, кто рисовали вождей. Портреты вождей прошлых в революционных интерьерах и вождей нынешних в позах (извините за выражение), демонстрирующих любовь к советскому народу. Такие картины всегда находили сбыт и оплачивались по самым высоким ставкам. К тому же говорили о них только хвалебно. Кто бы попробовал их покритиковать?
Некоторые из этих картин вошли в фольклор. Совершенно импрессионистская картина художника А. Герасимова «И. В. Сталин и К. Е. Ворошилов в Кремле» получила народный псевдоним «Два вождя после дождя». А картина Ф. Шурпина «Утро нашей Родины», написанная к 70-летию Сталина, стала, пожалуй, иконой этого жанра. Были выпущены миллионы открыток, картину репродуцировали журналы, художнику заказали несколько копий для разных музеев советской страны. Мало того, на основе этой картины даже песню написали. Тоже под названием «Утро нашей Родины». Такое вот перекрёстное опыление получилось.
После 22-го съезда КПСС, происшедшего в 1961 году, картины с изображением Сталина срочно упрятали в запасники. Туда же последовали изображения его приближённых. Всё ленинско-сталинское Политбюро попрятали с глаз долой, словно какую-то порнографию.
Если сейчас эти картины эпизодически появляются в выставочных залах, современному человеку, не отягощённому курсом марксизма-ленинизма, тяжко понять, кто есть кто на этих полотнах. Ну ладно, Ленин с лысиной, Сталин с усами, Хрущёв в украинской рубахе с вышивкой. А остальные-то, кто?
Андрей Александрович у нас по идеологии
Мандельштам обозвал сталинское политбюро «тонкошеими вождями». Пожалуй, к Андрею Александровичу Жданову это определение подходит меньше всего. Потому что был он весьма корпулентный мужчина. С толстой шеей и довольно округлым лицом. Кстати, о советской «придворной» живописи. Художник В. П. Ефанов использовал все возможности соцреализма, чтобы на портрете 1947 года сделать А. А. Жданова более стройным и одухотворённым, каковым он на самом деле не был.
До определённого момента карьера А. А. Жданова мало отличалась от других карьер совпартработников. Он родился 26 февраля 1896 года в городе Мариуполе и был четвертым ребенком в семье инспектора народных училищ Мариупольского уезда. По этой причине после смерти Андрея Александровича 31 августа 1948 года Мариуполь был до 1989 года переименован в город Жданов.
Мать Андрюши, выпускница консерватории, научила сына хорошо играть на фортепиано. Кроме него в сталинском Политбюро этого не мог никто. Может быть, поэтому Сталин поставил Жданова руководить и культурой, и таким культурным городом, как Ленинград. Произошло это в конце 1934 года.
Хотя в Политбюро Жданов считался интеллектуалом, особо блистать ему было нечем. Не было у него серьёзного образования: несколько классов реального училища, полгода на первом курсе Московского сельскохозяйственного института. Военного образования тоже, считай, не было никакого. Во время Первой мировой войны Жданов четыре месяца учился в школе прапорщиков в Тифлисе. Но, как говорится, не умеешь делать - руководи. Вот и стал Андрей Александрович руководить массами.
Жданов вне всякого сомнения был ставленник Сталина. Был и оставался. Никаких своих взглядов у него не было, а было великое чутьё того, что хочет Хозяин. Чутьё, переходящее в несомненное знание. Замечательное свойство для гончей собаки.
Жданов принадлежал к следующему поколению советских управленцев, которые были младше Сталина примерно на столько же, насколько Сталин был младше Ленина. По этой причине Сталин был для них главной фигурой. Лениным сегодня. Воистину Вождём, отвечавшим на все вопросы.
Будучи поставленным руководить культурой, Жданов прекрасно справлялся с ролью идеологического надзирателя. Он организовал Первый съезд Союза советских писателей, согнав всех «Инженеров человеческих душ» в один барак. В котором, правда, неплохо кормили. И довольно громко ссорились.
Но более всего его имя стало известно после 1 сентября 1946 года, когда Андрей Жданов сделал свой знаменитый доклад о журналах «Звезда» и «Ленинград». Для публичной порки он выбрал двух известных литераторов, Анну Ахматову и Михаила Зощенко. Параллельно, но не столь жестоко, были раскритикованы киноискусство и музыка. Почему не столь жестоко? Потому что вскоре последовали очередные постановления, так сказать, отраслевые, на этот раз совершенно разгромные. Это наступление на советскую культуру, и без того вытоптанную всякого рода агитпропом и политпросветом, получило название «ждановщины»
Жданов был едва ли не вторым человеком в сталинской иерархии правителей Советского Союза. Поэтому после его смерти в его честь много чего назвали. Едва ли не в каждом крупном городе появился Ждановский район. Имя Жданова было вроде бы громкое, но что конкретно хорошего сделал для Родины этот человек никто бы не ответил. Поэтому и обратные переименования, происшедшие в 1989 году, мало кто заметил. Был город Жданов – стал город Мариуполь, была станция Ждановская в московском метро – стала станция Выхино. Этим советских людей не удивишь. Дело житейское.
Дорогой многоуважаемый шкаф
Ни речка Ждановка в Санкт-Петербурге, ни ждановская жидкость, которую в 19-м веке употребляли для уничтожения зловония и особенно, трупного запаха (про эту жидкость упоминает Ф. М. Достоевский в романе «Идиот») не являются эпонимами, хранящими для будущих поколений память об большевистском начальнике. Уж более тридцати лет имя Жданова не метит в Санкт-Петербурге ни университет, ни бывший Дворец пионеров. Но всё-таки до сих пор, говоря о послевоенном советском времени, то и дело поминают ждановские шкафы.
В конце 1940-х и в начале 1950-х годов люди жили не богато. Но мебель нужна была всем. Кровати с панцирной сеткой, столы, стулья, даже оранжевый абажур – без них жить было нельзя. И конечно, шкафы, куда вешали и складывали одежду и обувь. Высокие, массивные шкафы из дерева, пахнущие мылом для рук и нафталином. Такие шкафы доживали свой век в домах и квартирах наших дедушек и бабушек.
Ждановский шкаф производился на разных предприятиях, но несмотря на это, имел стандартные размеры. Его высота была 191-195см, ширина – 135-140 см, а глубина – 61см.
Эти размеры делали ждановские шкафы чрезвычайно вместительными. В них хранилось всё, что могло понадобиться советской семье: от одежды и постельного белья до посуды и даже книг. В типичной советской квартире, где пространство было ограничено, такой шкаф становился настоящим спасением. Полки были достаточно высокими, чтобы вместить стопки белья, а штанга позволяла повесить пальто, платья и костюмы. Выдвижные ящики, если они были, использовались для мелочей вроде носков, платков или документов.
Шкаф, в противовес всякой современной мебели из ИКЕИ, казался нарочито массивным, но таковым он не был. Стенки и дверцы делались из клееных сосновых брусьев. Прочие элементы шкафа были выполнены из недорогого дерева и покрыты шпоном дуба. Именно это покрытие предавало шкафу красоту и внушительность. Шкаф покрывали лаком на основе алкидной смолы. Из-за этого шкаф имел желтоватый цвет. Со временем он желтел ещё больше.
На тот период гражданская химическая промышленность особо не изобиловала разнообразием отделочных материалов, поэтому шкаф покрывали лаком, основным компонентом которого являлись алкидные смолы. Такой лак придавал шкафу специфический желтый вид. Со временем шкаф желтел ещё больше, приобретая оттенок тёплый и как бы даже уютный.
А вот запашок у ждановского шкафа был специфичный. Дело в том, что детали шкафа скрепляли клеем, приготовленным из костей животных. Клей имел характерный запах, который за десятки лет пропитывал всю конструкцию настолько, что избавиться от него было непросто. Чтобы перебить противный запах, накапливавшийся во внутренностях шкафа в шуфлядках и на полках ждановских шкафов раскладывали брусочки душистого мыла.
А что такое шуфлядка?
Шуфлядка — это слово, заимствованное из польского языка (от szuflada — «ящик»), которое в русском языке обозначает выдвижной ящик в мебели, например, в столе, шкафу или комоде. Часто в шуфлядках хранят мелочь, личные вещи или документы.
Почему «Ждановский»?
Скорее всего, название связано с тем, что данный шкаф выпускался в столярной мастерской Судостроительного завода имени А.А. Жданова, который сейчас называется «Северная верфь». Дело в том, что на судостроительных предприятиях имеются большие столярные цеха, что не удивительно. На кораблях всегда требуется внутренняя деревянная отделка — переборки, мебель для кают, полки. Ленинградские хозяйственники, заметив, что судостроительные предприятия не были слишком загружены работой, позволили их столярным цехам заняться производством ширпотребных шкафов. Подобное производство развернулось и в столярных цехах других заводов и фабрик. Но название-эпоним к шкафам уже приклеилось.
Новая жизнь старья
В конце 1950-х – начале 1960-х годов начался массовый переезд людей из старых коммуналок в отдельные квартиры, прозванные народом хрущёвками. Большинство новосёлов не захотело тащить в новые квартиры старые «бабушкины шкафы». Их стали массово выбрасывать на мусорки, свалки и безжалостно ломать. В самом крайнем случае ждановские шкафы ссылали на дачу.
Но это была советская мебель. Не слишком красивые, однообразные, но сделанные на редкость прочно, ждановские шкафы простояли десятки лет и нацелились стоять еще ни одно десятилетие.
Мы ведь тоже советские люди. Рука не поднимается выбрасывать крепкую вещь. И вот кипит наш разум возмущённый, раздумывая над тем, как бы переделать эту бабушкину рухлядь, чтобы приспособить под современную жизнь и быт.
И переделывают, Кулибины. Один из самых простых способов преображения ждановского шкафа – просто очистить его от старого пожелтевшего лака и полакировать заново или же покрасить. Это достаточно простое действие преображает и обновляет старую мебель. Идеи для переделки включают покраску в яркие цвета, замену зеркал или добавление декоративных элементов.
Удивительно, однако, складывается жизнь! Когда Андрей Александрович Жданов, большой начальник и крупный коммунистический идеолог умер, в торжественном некрологе, наверняка, писали о его огромном вкладе в процветание советской Родины. И что же мы видим? Память о себе он оставил недобрую, и выражается эта память словом «ждановщина». Ложкой мёда в этой бочке дёгтя видится только образец не слишком красивой советской мебели, ждановский шкаф. Может быть, и не красивой, но необходимой для элементарного выживания в страшноватой стране с красивым названием Советский Союз.
Самое забавное, что к созданию этой полезной вещи Андрей Александрович не имел никакого отношения.